О Праге как-нибудь потом.

Забавная вещь это вдохновение. Стоишь на остановке, смотришь на молодую зелень, и слова потоком льются в голове. Потом заходишь на работу, смотришь на монитор. И делать особо нечего, и вот тебе кажется, что именно сейчас и наступил тот момент, чтобы записать все те образы, что мелькали у тебя в голове. Проходит 15 минут и ты понимаешь, что до обеда ничего не напишешь. Не потому, что нет времени, а потому что просто тошно. Сидишь и как в ступоре смотришь на монитор, и делать вообще ничего не хочется. И летят ко всем чертям все твои мысли и планы, рушиться то радостное состояние, которое преследовало тебя все выходные и всю прошлую неделю. Даже вечером воскресенья я словила себя на мысли, что моя радость со мной. Что меня не волнует то, что завтра на работу, потому что план созрел и не страшно жить еще 3 месяца до окончания распределения. И вот я на работе. Опять вокруг это недовольство, эти ахи и охи, эта беспросветная удрученность и потухшие глаза. Опять вокруг эти живые мертвецы. У которых Пасха прошла «нормально», которые в магазин сходили «нормально», у которых обед «нормальный». И жизнь проходит «нормально».

Нормальное утро, нормальный день, нормальный вечер. Нормальный муж, нормальные дети, нормальное совещание и нормальное самочувствие. А что есть норма? В школе нормально – это «удовлетворительно». Так, на троечку. Это даже не хорошо. Это совсем не отлично,  но и не плохо. И живут так себе нормальной жизнью, втягивая других в свое болото. Смотришь на них и не понимаешь, каким образом поддержать себя. Как не быть такой, как они? Сидишь сама себе со своими планами, со своей утренней визуализацией и вечерними пробежками. И не понимаешь: что же должно случиться в жизни, чтобы растормошить это полчище унылых безнадег, способных только обсуждать, жаловаться и вкусно кушать. Ведь радости у них нет. А все разговоры сводятся только к тому, что раньше было лучше…

Это я все к чему? Ведь хотелось написать про знаменитое «потом». Но даже это «потом» лучше, чем их «никогда». У потом есть хоть какое-то будущее, а у никогда – никакого. Их никогда – это молчаливое «уже все прошло». Их никогда подразумевает, что жизнь проходит мимо и уже никогда не будет так, как прежде. Уже никогда они не будут молоды и полны жизни. Для них уже нет даже «потом». И самое паршивое – это когда их болото начинает засасывать и тебя… Вот тут и надо собрать всю волю в кулак и найти спасительную хворостинку. Но спасать себя придется самой.

Итак. С чего собственно и заварился весь сыр-бор. Прага. Или по-другому – как не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Завтра ведь попросту может и не быть. На своем примере я в этом убедилась. Приехала, скину фотографии на компьютер, с компьютера на флешку, с флешки на рабочий комп. На рабочем компе ровно половина фотографий не открылась. «Ничего», - подумала я, «у меня ведь еще две копии на домашнем компе». И вот вчера я четко поняла, что «потом» больно щелкнуло меня по носу. Добрая половина фотографий испорчена. Я не знаю, как это произошло. Искажены изображения, порой такое чувство, что передо мной находится плохо проявленный негатив. И что мне остается в этой ситуации? Отобрать то, что уцелело и надеяться, что среди тысячи найдутся удачные кадры… Про фотографии из первой самостоятельной поездки в Гродно я молчу. Я не знаю где они. Надеюсь, что лежат сейчас преспокойно в какой-то заброшенной папке и дожидаются меня.

И что мне сейчас остается – наверстывать упущенное.

А ведь мне просто хотелось написать про Прагу. Написать, какая она сказочная, про ее домики, крыши и ночи под каменным мостом. Про то, как я приехала и не поняла, о чем столько говорят? Прага не открылась передо мной сразу. Это не была любовь с первого взгляда. Даже симпатии не было. Я наивно полагала, что и собор Святого Вита выше, и домики меньше, и улочки уже. Но оказалось все иначе. Я поняла, что совсем не люблю толпы, что обычные туристические маршруты меня не впечатляют. Я поняла, что не люблю экскурсии, пусть и самые интересные, ведь они и являются катализатором этих толп. Прага – это набережная Кампы и ночное мерцание огоньков на противоположном берегу. Прага – это воздушных шар, парящий над Влтавой, Прага – это сотни чаек, чей крик скорее напоминает стоны заблудших душ. Прага – это снесенный еврейский квартал, который я так хотела увидеть. Прага – это дорога домой в 2 часа ночи. Прага многолика. Каждый видит в ней то, что ему необходимо в этот самый момент. Кому-то нужны террасы со знаменитым чешским пивом, кто-то на ходу наслаждается своим моккачино из Старбакса, а кто-то ест арбуз ночью под Карловым мостом. Моя Прага – это немой восторг за каждым поворотом извилистой брусчатки в Малой Стране, это мурашки страха при виде старого еврейского кладбища, это постоянное успевание на Староместскую площадь ровно в бою курантов, это залитая солнцем набережная, это уличный певец, играющий на испанской гитаре, это случайный джаз-бар. Моя Прага так похожа на Прагу других туристов, идущих, задрав головы, к Карловому мосту и моя Прага такая другая. Мне нестерпимо хотелось писать, сидя возле моста, слушая чаек и вздрагивая от очередного гудка речного кораблика. Мне хотелось оказаться подальше от туристов, чтобы услышать ее истинное дыхание, избавленное от налета стереотипов. Мне было грустно осознавать, что я попала на Вышеград только в самый последний день и что я не успела попрощаться с Кампой. Мне было жалко дня, когда я не последовала своему маршруту, а пошла за другими. Моя Прага отнюдь не радостная. Она задумчивая и играющая на струнах души. Моя Прага бесконечна. Она удивляет до последнего мгновения. Казалось, что ты ее знаешь, а она уводит тебя все дальше и дальше, открывается перед тобой неизведанными гранями, играет новыми красками. Моя Прага эгоистична и расчетлива: она не хотела делить меня с другими городами. Она хотела, чтобы я посвятила себя ей полностью и не разменивалась по мелочам. Она знала, что останется у меня в сердце сладким, с налетом легкой грусти, воспоминанием. Она знала, что я буду рваться к ней снова и снова, несмотря на погоду и время года. Она показала мне себя во всей красе и убедила, что моросящий дождь ей особенно к лицу. Прага коварная: она знает, что теперь я невольно буду каждый город сравнивать с ней. Что везде я буду искать частичку ее...

 Но она ошиблась только в одном. Она забыла, что скорпионы – крайне непостоянные натуры. И что в моем сердце всегда остается место для чего-то нового.